Кадры из видео / Instagram
В последние дни в социальных сетях активно обсуждается резонансная история Джамили Олимбоевой из Ташкента. Девушка заявила, что ее семья лишилась дома после неудачной финансовой сделки, в которой, по ее словам, фигурировали ее жених и предприниматель Санжар Каримов, известный как Real Sanjik.
Repost ознакомился с позициями обеих сторон и приводит выжимку без изменений, чтобы дать читателям возможность самостоятельно сделать вывод о произошедшем.
Версия Джамили Олимбоевой
По словам девушки, ее отношения с мужчиной по имени Шахзод начались в начале 2023 года. Он производил впечатление религиозного и надежного человека, занимался торговлей бытовой техники и планировал жениться. После нескольких встреч родителей стороны договорились сыграть свадьбу 15 сентября 2024 года.
В течение 2023–2024 годов, рассказывает она, отношения развивались стабильно: Шахзод неоднократно приходил свататься, был принят в семью и пользовался доверием родителей.
Однако в начале августа 2024 года, за месяц до свадьбы, Шахзод заявил, что столкнулся с финансовыми трудностями и срочно должен вернуть долг. Он предложил занять деньги у своего знакомого – предпринимателя Санжара Каримова.
Шахзод сказал, что его знакомый Real Sanjik даст деньги в долг, но обязательно нужен залог. Он уверял, что это всего на 12 дней, пока ему не вернут его же деньги, – вспоминает Олимбоева.
Семья, по ее словам, сомневалась, но в итоге поверила. Жених вызывал доверие – он часто бывал у них дома, помогал родителям, демонстрировал уважение и уверенность.
Папа долго колебался, ведь дом – наш единственный. Но Шахзод клялся, что делает это ради нашей свадьбы, что все решится быстро и безопасно. Он говорил: «Вы даже не заметите, как я все верну», – рассказала девушка.
В итоге отец, руководствуясь доверием и желанием помочь будущему зятю, согласился.
7 августа 2024 года стороны встретились у нотариуса в Яккасарайском районе. По словам Олимбоевой, они подписали документ, думая, что речь идет о временном залоге.
«Мы пришли в нотариус, там уже был Санжар Каримов. Он сидел за столом, общался с Шахзодом. Нам сказали, что это обычная формальность – просто нужно подписать бумаги для временного залога», — рассказала девушка.
Мы видели, что там написано «купля-продажа», но Шахзод сказал: «Это формальность, нотариус просто так оформляет». Мы поверили и поставили подписи, – утверждает она.
Спустя несколько дней, 16 августа 2024 года, Шахзод перестал выходить на связь. Телефон был отключен, а позже он написал, что «временно уехал решать дела». По словам девушки, вскоре семья узнала, что дом оформлен на имя Каримова.
Когда родители Олимбоевой попытались встретиться с предпринимателем, по их словам, получили требование освободить дом.
Мы пришли к нему в офис с надеждой, что он поймет. Но он сказал: «Вы сами подписали договор. Или деньги, или освободите дом», – вспоминает девушка.
Семья обратилась в правоохранительные органы. Дом был временно поставлен под арест, чтобы предотвратить его перепродажу.
В марте 2025 года, по словам Олимбоевой, Шахзод был задержан в аэропорту Дубая по линии Интерпола, а в мае того же года экстрадирован в Узбекистан.
Девушка утверждает, что уголовное дело возбуждено только против него. По ее словам, во время следствия «Шахзода представлял адвокат Санжара Каримова, а сам он не приходил на допросы».
Шахзод – фигурант дела, но Real Sanjik остался в стороне. Хотя именно на него оформлен наш дом, – заявила она.
Позиция Санжара Каримова
Предприниматель Санжар Каримов отвергает обвинения, называя себя законным владельцем недвижимости и подчеркивая, что действовал в рамках стандартной купли-продажи.
По его словам, в начале августа 2024 года ему предложили приобрести участок площадью около пяти соток в Ташкенте. Продавцы отправили ему кадастровые документы, фотографии и назвали ориентировочную цену.
Мне прислали кадастр, фото участка и предложили рассмотреть покупку. Я проверил цену по рынку через маклеров и, исходя из анализа, сделал предложение – $240 тысяч, – рассказал Каримов.
7 августа 2024 года стороны встретились у нотариуса. Каримов утверждает, что прибыл с пакетом наличных и провел расчет при свидетелях.
Я пришел в нотариус с пакетом денег. В присутствии нотариуса, его работников и свидетелей я рассчиталcя с владельцем – $240 тысяч. Деньги пересчитали при всех, после чего стороны подписали договор купли-продажи, – сказал он.
В своем видеообращении Каримов также показал копию договора купли-продажи и расписку, где, по его словам, указано, что прежний владелец обязуется освободить дом до 10 ноября 2024 года.
Фрагменты документов, представленных Санжаром Каримовым в видеообращении
Я специально прикрепил документы, чтобы не было домыслов. Там четко написано: продажа завершена, расчет произведен, а собственник обязуется освободить дом до 10 ноября, — заявил предприниматель.
По его словам, каждый член семьи не только поставил подпись и отпечаток пальца, но и подписал отдельное согласие – сняться с регистрационного учета в течение одного месяца.
Все члены семьи ознакомились с документами. Им задали вопрос, понимают ли они, что совершают сделку купли-продажи, и согласны ли выйти с прописанного адреса через месяц – они ответили «да», – подчеркнул он.
Каримов также отметил, что, по его информации, сын семьи работает в государственной структуре, владеет квартирой в «Габусовском доме» и производством печенья, и потому, по его мнению, семья «не могла не понимать юридических последствий».
Я вышел на связь с его сыном и сказал: ты же мужчина, не делай так, чтобы твои родители остались на улице. Сделай что-нибудь. А он отвечает, что якобы ушел из дома рано, что у них плохие отношения, какие-то дешевые отговорки. Я ему сказал: родителей не выбирают, и нельзя их бросать. Но все это для него оказалось пустыми словами, – утверждает Каримов.
Он подчеркнул, что не знал деталей отношений Шахзода с Джамилей Олимбоевой, а вся сделка, по его словам, проходила строго на деловой основе.
У вас с Шахзодом был свой роман, свои планы, и у вас была возможность отложить свадьбу, если что-то шло не так. Вы могли отказаться от продажи дома, – заявил Каримов.
Предприниматель добавил, что спустя некоторое время к нему приходил отец семьи и просил отсрочку на год, чтобы успеть выдать дочь замуж из этого дома, а затем переселиться в квартиру.
Я даже предложил им двухкомнатную квартиру или оплату аренды на три года вперед, чтобы они не остались на улице, — добавил он.
По словам Каримова, с момента сделки прошло уже полтора года, и все это время он платил налоги и коммунальные расходы за дом.
Каримов также заявил, что участвовал в следственных действиях и предоставил все необходимые документы.
Говорят, что я не приходил на допросы – это ложь. Я приходил, показывал бумаги. Никто их не заставлял продавать дом. Отец сам подписал документы. Я лишь купил недвижимость по рыночной цене, без обмана, – отметил он.
Разные версии о сумме сделки
Обе стороны называют одну и ту же сумму – $240 тысяч, однако описывают ее происхождение по-разному.
Джамиля Олимбоева утверждает, что деньги получил не ее отец, а Шахзод – частями: сначала $150 тысяч, а затем еще $70 тысяч, но вернуть он должен был $90 тысяч, с прибавкой в $20 тысяч.
Шахзод сказал, что Санжар дал ему сначала 150 тысяч за дом, а потом еще 70, но вернуть нужно 90. В итоге он должен был 240 тысяч, а дом оформили на Санжара, — рассказала девушка.
Санжар Каримов, напротив, утверждает, что всю сумму в $240 тысяч он передал в один день – 7 августа 2024 года, непосредственно при нотариусе, в присутствии свидетелей и членов семьи.
Я рассчиталcя с владельцем при нотариусе – $240 тысяч в полном объеме. Деньги пересчитали при всех, и стороны подтвердили, что расчет произведен, — заявил он.
Что известно сейчас
Согласно заявлениям сторон, дом находится под арестом, а уголовное дело возбуждено в отношении Шахзода, которого задержали в марте 2025 года в Дубае и экстрадировали в Узбекистан в мае.
Каримов настаивает, что является добросовестным покупателем и оформил недвижимость по закону. Олимбоева утверждает, что семья стала жертвой обмана и не осознавала, что фактически подписывает договор продажи.
История продолжает вызывать активное обсуждение в социальных сетях. Обе стороны заявляют, что готовы «добиваться справедливости только законным путем».
